Так считают участники общественных слушаний

2 марта в Общественной палате снова судили-рядили по поводу нового генплана. И главному архитектору ростовского Южного центра Андрею Прохорову, который вышел на ринг вместо заболевшего (не мудрено!) директора, досталось по первое число – ростовчан и их интеллектуальный продукт не щадили… хотя и отметили, что работа была проведена огроменная.

Начать с того, что благородное собрание почтил своим присутствием народ вполне серьезный – мэр Ярошук (который нашел для этого время, несмотря на жесткий конфликт с перевозчиками) и его команда в виде руководителей земельного комитета и комитета архитектуры и строительства, представители Союза архитекторов, градостроительной экспертизы (экспертов, к слову, хватало), а также те, кого принято называть «неравнодушными гражданами», включая жителей тех кварталов, которые пострадали от ошибок старого, все еще действующего генплана.

Добавим, что собрание вели председатель Общественной палаты Тамара Кузяева и Ирина Губко, член палаты и создатель «Нового Чкаловска» (которая вместе с депутатом горсовета Александром Пятикопом решила не одну градостроительную проблему в масштабах этого микрорайона)

Итак – генплан

До ныне действующей версии с генпланом не очень-то и считались – так как сей документ юридической силы не имел, — отсюда и хаос точечной застройки, и оккупация зеленых зон, начиная с Макс Ашманн-парка и парка Центрального.

Впрочем. Впрочем, благодаря хитроумно принятым законам, развязывающим руки собственникам земельных участков, пусть даже они и в центре города, нынешний генплан, подкрепленный Правилами землепользования и застройки, тоже не слишком преуспел в борьбе с самостийными застройщиками – те, не церемонясь, наступали на шлейф памятникам истории и архитектуры, иногда напрочь отрывая драгоценную ткань Старого города.

Считается, что новое издание, переделанное, исправленное и дополненное, решит воспаленные проблемы – и городские власти открыли тему для самого широкого обсуждения для того, чтобы не повторить старые просчеты проектантов и подкорректировать новый генплан с учетом мнения городской общественности. Проект вывешен на сайте – смотри и изучай.

Однако ж, как заявил мэр Александр Ярошук, сегодня выясняется, что горожане проявляют активность до обидного скромную – как бы намереваясь от души поругаться потом (когда будет поздно).

Обидно, считает мэр, голос народа нужен именно сейчас, пока есть время что-то исправить и внести свежие идеи, в принципе, можно рассмотреть каждую отдельную улицу – в ее предпочитаемом развитии и окружении.

Что ж, для таких случаев и существуют неравнодушные граждане, готовые сражаться и за себя, и за того парня. Архитектор Прохоров, представляя результат многотрудных работ, заранее предупредил, что его команда не внесла в калининградский документ ничего ростовского – мол, город мы изучили, прониклись его духом и постарались сохранить все самое ценное, добавив возможность развиваться на радость горожанам. И не только горожанам, но и застройщикам, потому что оставили «резерв» для строительства восьми миллионов квадратных метров жилья.

Надо заметить, что эту цифру он озвучил, не моргнув. Хотя и заметил, что именно восемь миллионов строить не обязательно – по желанию и возможностям (то есть, по платежеспособности).

Зато моргнула половина присутствующих – и, дав высказаться уважаемому специалисту, начала бить — по неподобранным хвостам и по существу.

И, хотя из трех вариантов – оптимистического, пессимистического и инерционного – проектанты осторожно выбрали золотую середину, а именно вариант стабилизационный, это нисколько не смягчило претензии собрания.

Мнения

Так, генеральный директор холдинга «Калининградстрой» Александр Ильин усомнился, что такой объем жилья можно построить, не преступая существующих границ города: иначе опять хаос точечной застройки и перегрузка инженерной инфраструктуры, опять усекновение зеленых зон, етс.

Андрей Прохоров этот мяч отбил – жилье можно строить на бывших территориях Минобороны, предварительно разобрав отжившее свое объекты. Можно строить на объектах коммунхоза, утративших свое значение. И на зеленые зоны — в том числе на зеленый пояс Шнайдера — они и не покушались. Ни-ни! А насчет существующих границ города – так это законодательство не пускает за границу, так как генплан по определению готовится именно в существующих границах. Тем паче, что сильного увеличения населения не предвидится (оно, население, стареет), и на время действия нового генплана до 2035 года вряд ли превысит полмиллиона – за счет великого переселения народов-с…

Председатель Общественной палаты поинтересовалась – а будут ли новые восемь миллионов жилья обеспечены школами, детсадами и прочими нужными для жизни объектами? Ведь сегодня есть соответствующая госпрограмма по строительству школ и детсадов вкупе с учреждениями здравоохранения и культуры.

А также будут ли строиться новые дороги в новых жилых массивах?

И получила вполне утвердительный ответ – мол, будут, хотя дальнейшая дискуссия показала, что «социалка», по сути, осталась за кадром нового документа – ни к какому конкретному району города она не привязана.

Что же до внутренних дорог, — тоже да. И велодорожки не забыты.

Депутат областной думы Алла Войтова поинтересовалась – есть ли в послужном списке проектантов города-полумиллионники. И учитывались ли мнения местных экспертов в разработке транспортной схемы — или дело ограничилось опытом экспертов российских, которые не вникали в тонкости нашего города?

Оказывается, по части проектирования генпланов ростовчане больше 20 лет окучивали юг России, с его небольшими городками, которые Кенигсбергу даже не троюродные братья. Самые большие территории – Новороссийск, Благовещенск и города Ростовской области по сотне тысяч населения.

В области транспорта, команда Южного градостроительного центра воспользовалась разработками Санкт-Петербурга и Минска, которые таки переосмыслила и добавила свое. Кроме того, они пообщались с ГИБДД и учли пожелания этой уважаемой структуры.

Но вот с перевозчиками – работающими в хитросплетении старых и новых улиц города, испившими полную чашу специфических калининградских проблем – специалисты из Ростова не советовались.

Не думали они и вероятным обеспечением разных районов города рабочими местами – чтобы утром полгорода не снималось с одного конца Калининграда и дружно не устремлялось в другой, а вечером назад, переполняя транспортные артерии (вопрос Ирины Губко).

Такие расчеты проектировщики не проводили…

Петр Черненко — от имени правления Союза архитекторов – заявил, что его коллеги весьма подробно ознакомились с работой ростовских градостроителей, причем наблюдали процесс с самого старта, — с подготовки техзадания в 2014 году, рассматривали материалы по обоснованию и по ходу дела не раз вносили свои замечания. Которые во внимание приняты не были.

Кстати, когда проект генплана отправили на экспертизу в столицу, москвичи почти слово в слово повторили то же самое, только за деньги. В общем, у Союза есть вопросы… например, по части противоречий проектов планировки и развития территорий, в частности, в районе улицы Артиллерийской, частично по улице Дзержинского, но есть и другие кварталы.

Дело в понимании?

По мнению архитектора Сергея Гулевского, ростовчанами упущена такая важная часть, как разработка набережных: этот город всегда стоял у воды и пользовался ею не только по соображениям красоты – река была прекрасной транспортной артерией, и сейчас еще не поздно вернуть ей ее роль. На эту тему есть готовые разработки, в том числе и международные, но авторы нового генплана с ними не познакомились… или решили не брать в голову. Не были взяты и довольно интересные работы по Королевской горе (тот самый воркшоп с участием известных европейских и российских архитекторов, работавших в командах с калининградскими коллегами и создавших замечательные проекты, благодаря которым Калининград менял пространственную и транспортную схему). Калининград тогда обрел бы два центра – площадь Победы и Королевскую гору, или один – но «усиленный» центр – историческое ядро.

Вообще комитет архитектуры предложил Союзу архитекторов сделать предварительные наметки генплана – по транспортной схеме, культурному наследию, етс., и Союз такие документы разработал.

Вот только эти разработки ростовчане не читали, а на напоминания Союз получал отписки.

Вероятно, дело в понимании, посетовал Сергей Гулевский: проектанты некоторые вещи понимают иначе – они не калининградцы. А Калининград – город особенный: старая прусская наследственность, помноженная на свежую кровь совершенно другого, населения, пришедшего после войны, – это еще та гремучая смесь. Эта трудная «чужих людей соединенность» стала темой обсуждения всех градостроительных воркшопов, конкурсов и симпозиумов, и с маху людям, которые занимаются этой проблемой не так долго, ее не решить.

По убеждению Гулевского, необходимо качественно иное понимание и осмысление исторического наследия, нежели это могут предложить специалисты из Ростова.

Непонятно калининградским градостроителям и то, как подошли ростовчане к решению транспортных узлов: «развязывать» их они намереваются с центра, так, например, сделав улицу Черняховского односторонней.

Но заторы рождаются на периферии, и начинать надо оттуда: со въезда на Киевскую, угла Литовского вала и Московского проспекта, — все это знают. Поэтому надо сначала создать хорды, построить мосты, и только оценив и просчитав, как это работает, — двигаться в центр: где там устроить пешеходные улицы, где — одностороннее движение, и т.д.

Делали калининградские архитекторы (а с ними петербургские и европейские эксперты) замечания и по промзонам: в центре города им не место. Там очень дорогая земля. Союз не раз рекомендовал проектантам изменить функцию этих территорий – и встречал упорное сопротивление.

ЭНКО (петербургские разработчики генплана) видело перспективы развития Калининграда в сторону Гурьевска – когда-нибудь они срастутся, и транспортная инфраструктура должна быть к этому подготовлена.

В ростовской версии генплана эта идея отсутствует.

А взять пояс Шнайдера: по старому генплану это была неприкосновенная зеленая зона.

На законном основании.

Однако же «прикоснулись» — почти все кольцо застроили…

Намеревались строить апарт-отель и в овраге вдоль Гвардейского проспекта – даже скважины пробурили, продырявив землю до подземной реки. Она и вышла наружу – подтопила памятник «1200». Что тут — гибкость закона? А апарт-отель около «Бомбы»?

Наболело, — признался архитектор.

«Деньги на ветер»

Депутат Александр Пятикоп, поднаторевший в градостроительных тонкостях за время работы в градостроительной же комиссии горсовета, вообще полагает, что старый генплан не выполнен и на 20 процентов, вот его-то перелицевать и за милую душу пользоваться еще 20 лет. Новая же версия – пустая трата денег и времени, так как не решает насущных проблем.

Чтобы не влезать в разбирательства, проектанты обошли проблемы брошенных владений Минобороны и прочих федеральных структур. Свято место пусто не бывает – теперь там жгут резину, совершают непристойные поступки и вообще ведется незаконная предпринимательская деятельность. Разработчики не стали углубляться в проблему, и что город найдет на этом месте через несколько лет? Такие клоаки есть на Ломоносова, в центре Чкаловска, в новом жилом квартале на Борзова (где электромагнитное поле радиоцентра и антенного поля превышает нормативы в 47 раз!)… Ясно, что согласовывать развитие этих территорий нужно в Москве, а это долго, нудно и трудно, поэтому легче просто не заметить проблему.

То же с гаражными обществами и садовыми товариществами… К слову, как раз гаражные общества и поломали всю ливневую систему на окраинах города.

Генплан такие вопросы не решает.

А транспортная схема? Эксперты в Гетеборге предложили недорогое и эффективное решение: в Калининграде есть 42 узкие «горловины» — перекрестки, которые нужно реконструировать, и пропускная способность их увеличится.

Второе решение – заменить брусчатку (по той же причине) и выездные магистрали. А еще – сменить логистику, кое-где разрешив левый поворот. Все вместе это изменит к лучшему качество работы транспорта – равно общественного и личного, и он начнет двигаться со скоростью не 10 километров в час (как в настоящее время), а втрое быстрее, как и положено в нормальном городе такого масштаба.

В общем, если организовать публичные обсуждения в проблемных микрорайонах города, генплан, откорректированный населением, станет ближе к реальности. Вместе с этим нужно унифицировать Правила землепользования и застройки и проекты планировок городских территорий – иначе генплан и город будут жить каждый сам по себе.

«Неравнодушные граждане», участвовавшие в заседании, тоже предложили дельные замечания, — поддержанные, кстати, главой земельного комитета Александром Зуевым(!), — это ТОЗ из Чкаловска, жители малоэтажного квартала с улицы Толстикова, Артиллерийской и Лермонтовского поселка. Их пожелания запротоколированы и будут учтены в окончательной версии генплана.

Елена Чиркова

https://rynokzhilia.ru, №9 (1011), 10 марта 2016 г.